Страх, давление и бесконечная тоска. Что ощущают россияне разных поколений из-за закрытых границ?

0
0

Страх, давление и бесконечная тоска. Что ощущают россияне разных поколений из-за закрытых границ?

Российские туристы уже почти на протяжении целого года живут в условиях закрытых из-за пандемии коронавируса границ и прерванного мирового авиасообщения. Ситуацию все воспринимают по-разному: кто-то согласен наступить на горло собственной песне и самоотверженно сидит дома, кто-то, наоборот, готов пойти на любые уступки, чтобы вырваться за пределы четырехстенного плена и нарушить все возможные запреты. О том, как активные отечественные путешественники различных поколений воспринимают новую реальность и как они адаптируются к продиктованным временем условиям, — в материале «Ленты.ру».

Молодежи непонятно — что это вообще такое, когда устанавливают какие-то ограничения. Если люди нашего поколения знают, что, например, может быть то нельзя, это нельзя, и ведут себя более ответственно, то молодые росли уже в другом социуме. У них другие понятия: готовы в любой момент собраться и полететь на выходные хоть в Прагу, хоть в Берлин на дискотеку. А сейчас… В Москве, вон, клубы закрыли, так они в соседние регионы ездили. Для них это проблематично. А мы более сдержанны и спокойны.

С одной стороны, высовываться куда-то и ходить без средств защиты — глупо. Как бы то ни было, маску натягивать надо и от путешествий, наверное, лучше воздерживаться. Нужно беречься — люди ведь умирают. Но с другой, я так люблю активный образ жизни! Мне не нравится сидеть на лавочке с пенсионерками, это не мое. Последние лет 15 я активно путешествую, посетила больше 30 стран мира, почти всю Европу. Да и пандемия-то нас по рукам и ногам не связывала.

Первая мысль, когда захлопнулись границы, была о том, как мы сможем увидеться с внучкой — она учится в Канаде. Была тогда общая паника, никто не знал, что делать и как быть. Слава богу, она успела к нам вылететь последним самолетом — и небо закрыли. В общем-то мы не переживали, что куда-то не будем ездить, — главное, чтобы все были живы и здоровы, а так, страна-то большая.

Кстати, именно пандемия натолкнула меня на мысль о собственном блоге. Раньше я была абсолютно далека от Instagram. Не знала, что за зверь такой. А во время карантина подсела, даже фанаты появились. С профессиональной точки зрения мне нечего было дать аудитории: я всю жизнь работала ихтиопатологом. Решила писать о путешествиях — просто, но с юмором. В общем, мы вошли в Instagram и теперь не можем выйти из него.

Пандемия нисколько не отбила желание путешествовать, скорее, активизировала его. Более того, она даже не ограничила нас. Благодаря ей мы начали открывать свои города и регионы. К слову, самый главный плюс закрытых границ — китайцев нет, можно свободно зайти везде, никто не мешается. Ведь для нас, например, что-то святыня, а для них нет — ходят этими своими группами, кричат.

Сердце радуется — сколько всего именно на фоне коронавируса открылось для туристов. Глубинка наша поднялась — заработали отели, рестораны, им дали хоть какой-то глоток воздуха. Сто процентов — российские достопримечательности могут заменить заграницу. Люди у нас, конечно, привыкли все критиковать, нос воротят. Но это от избалованности. Да и в целом зависит все от того, какое лично у тебя настроение. Я куда бы ни ехала — мне все нравится, все устраивает, еду на позитиве.

Когда все сидели дома два месяца, в своих квартирах, пандемия, конечно, могла сильно повлиять на состояние людей. Особенно, если еще отношения с близкими были не очень. Путешествия всегда меняют картинку и эмоциональный фон поднимают, так что обязательно нужно менять свое местоположение. Нам же почему было некомфортно — потому что взяли нас в тиски, никуда нельзя было выйти. Тюрьма, по сути, но более комфортабельная. Психика срывалась у людей.

Но железный занавес, о котором многие говорят, тут вообще ни при чем. Кому очень надо — пробирается через все запреты. Если хочешь уехать — всегда можно найти путь. Мы пока никаких планов не строим вообще. В принципе, все поездки спонтанные: есть время — тут же собрались и поехали. Конечно, к Европе уже привыкли, отдых там воспринимается как норма жизни. Хочется в Италию, Испанию, Португалию.

Смотрим сейчас новости — ничего хорошего. Главная мысль: чтобы все были здоровы и берегли себя. Потому что враг не побежден, да еще и невидим. Люди действительно умирают, это страшно, недооценивать это нельзя, пренебрегать тоже. И уж тем более бравировать, что этого всего нет и с тобой ничего не случится. Некоторые мои знакомые не хотят даже встречаться. Порой и у меня закрадываются мысли: а может, и правда не надо ни с кем видеться, никуда ездить. Так или иначе, мы стараемся делать все, что от нас зависит. А там уж как судьба распорядится.

Путешествовать теперь хочется еще больше. Это просто невозможно, какой-то психоз. Хочется поехать, приехать и снова куда-нибудь уехать. Выбрать из того, что будет открыто, — просто ткнуть пальцем, и все, куда угодно. Что у нас сейчас в чатах с друзьями-туристами творится… Только и обсуждений, кто куда едет.

Многие мне говорят: «Как в такое время можно куда-то ехать, ты не боишься за свое собственное здоровье?» Но ведь какая разница: я что здесь могу заболеть, что там могу заболеть, тут уж главное просто вернуться. Хотя, думаю, сама поехала бы только в развитые страны.

К счастью, за этот год я успела побывать в семи государствах. Как-то появилась идея рвануть в Уганду, Руанду, Конго и Бурунди. Я сначала подумала, что не потяну, но потом мелькнуло: «Ничего, залезу в долги, позже отдам». И просто благодарила судьбу — это самые лучшие страны, в которых я была.

Когда закрылись границы, первая мысль возникла, что вот-вот откроют. Потом: «Ну ладно, не сейчас — так в сентябре уж точно!» А потом опять… В общем, летим мы теперь в Мурманск вместо любимой Африки.

Весь бывший Советский Союз я объездила — была цирковой артисткой, работала с животными: голубями, собаками и обезьянами. Так что мне сейчас не очень интересно Россию смотреть — скорее, бзик все страны мира посетить, за последние лет восемь уже в 81-й была. Хотя в следующем году мы собираемся в Карелию и на Камчатку. Но сейчас я пристально слежу за новостями, постоянно мониторю, какие новые страны открылись.

Путешествия помогают справиться с эмоциональным выгоранием. Мы же все другими возвращаемся абсолютно. По приезде улыбаемся неделю, как дураки. Это перезагруз. А то ты только и делаешь, что работаешь-работаешь, тут хоть какой-то допинг. Кто-то наркотиками пользуется, а кто-то — путешествиями. Это как глоток воздуха.

При этом я бы никогда не хотела остаться в другой стране жить. Граждане наши — открытые все-таки. За рубежом люди улыбаются, но это ничего не значит, а у нас взаимопомощь, взаимовыручка, мы более душевные. В России гостеприимство — это действительно гостеприимство, а не просто слова.

Плюс в том, что многие россияне откроют для себя свою же страну. Обычно мы деньги оставляем за рубежом, а так будем их оставлять в России. Тем более, пока есть шанс осмотреть государство без иностранцев — я бы воспользовалась такой возможностью. Не понимаю людей, которые критикуют власти из-за решения закрыться. Ну а как они бы взяли на себя ответственность за весь народ? Не действовать же невозможно, мы инфицируем друг друга. Страшно заразиться и заразить всех остальных.

Закрытие границ продиктовано абсолютно объективными причинами. Мы все понимаем, почему так. Мы себе что, враги? Недавно я разговаривала с одним парнем, он поехал в Пакистан, плохо себя там почувствовал и сразу понял, что это коронавирус. На вылете заявил, что забыл справку. Его пропустили. Я ему говорю: «Так ты же заразил весь самолет!» Он ответил, что был в двух масках. Я и его понимаю — что там было в этой беднейшей стране делать. И в то же время понимаю людей, которые были с ним самолете… Хочется, чтобы поскорее пандемия закончилась.

Кажется, у многих людей страх отсутствует полностью. Когда закрыли авиасообщение, в МИД заявляли о регулярных звонках: народ интересовался, не как вернуться, а куда еще можно уехать. О чем вообще думают, безбашенные. Потом будут их вызволять. Вот если бы нашим людям разъясняли, что если они заразятся, то будут лечиться там, — а там дорого, и никакая страховка не покроет…

Те, кто путешествует нечасто, наверное, будут еще долго бояться. Но ведь в целом из любой ситуации за границей есть выход, как минимум можно в посольство обратиться, тебе помогут. Мы, кстати, у них интересовались, когда в Африке были: «Как вы узнаете, если с нами что-то случится?» Ответ был: «По телевизору». Те же, для кого путешествия, как наркотик, так и будут ездить. Ничего не остановит.

Если бы прямо сейчас открыли границы — я бы первым делом рванула в Южную Корею и Африку. Куда мне не хочется — так это в США, нет желания им деньги оставлять. Надо же поддерживать тех, кто к нам хорошо относится, лучше с ними дело иметь.

Выехать, конечно, хочется уже просто дико. Как кушать хочется — так хочется куда-нибудь улететь. Ты сидишь в тюрьме как будто: что дома можешь сидеть и кушать, что в тюрьме сидишь и кушаешь. Те же стены. А хочется на свободу, почему — не знаю. Какое-то необъяснимое желание, подсознательное. И ты понимаешь, что там, на свободе, есть ограничения, но они не просто так, не из головы и не из-за того, что Путин плохой. Мы понимаем, что он сделал все правильно.

Благодаря пандемии и карантину я узнала, что это такое, когда у тебя есть дом. По факту у меня его не было уже очень давно — я активно путешествовала, посетила 120 стран, а в последние три года и вовсе перемещалась с одного места на другое с двумя чемоданами и никуда не возвращалась, как настоящий всемирный бомж. Теперь у меня поменялось огромное количество привычек и даже мировоззрение — я больше не планирую возвращаться к прежнему образу жизни.

Как в современном мире могут закрыть границы? «Этого не может быть», — подумала я, как только это произошло. Сначала не верилось — люди ведь путешествуют всегда. Пришлось долго адаптироваться к тому, как теперь выглядит мир. Ни одно утро не проходило без того, чтобы посмотреть, где что открылось, где вторая волна, что вообще происходит. Я видела достаточно много адекватных людей, в том числе среди знакомых, которые внезапно впадали в истерию и говорили, что над ними устраивают опыты, геноцид, кричали о свободе.

Честно, я пыталась относиться к ситуации с понимаем. Миру нужно было время, чтобы научиться лечить вирус, создать вакцину, условия в больницах. Не было безысходности — только мысль о том, что нужно немного подождать и перезагрузиться.

Возможно, для людей, которые много путешествовали, это реальный шанс передохнуть, так как всем уже насытился. И когда все откроют, будет больше ценности в каждом путешествии. Пандемия научит нас ценить то, что есть, и не относиться к этому как к самому собой разумеющемуся.

Изначально я точно чувствовала что-то вроде давления из-за закрытых границ. Но сейчас прошло достаточно времени, и каждый раз, когда выходят новые постановления на тему каких-то ограничений, в голове всплывает: «Так, а что можно с этим сделать?» Ты уже воспринимаешь это не как удар судьбы, а как вызов, начинаешь выкручиваться, а не страдать по этому поводу. Потому что жизнь такая, и никто ни в чем не виноват.

Люди наконец-то начали понимать, что внутри страны тоже можно путешествовать, а не воротить носом и говорить: «Нет, по России я никогда не поеду». Но я бы не сказала, что это сможет заменить какие-нибудь Перу, Боливию, Чили и прочие страны. В каждой ты получаешь новый опыт, расширяешь свои горизонты, смотришь, как живут другие. Но в любом случае для нас, как для страны, которая в целом не пользовалась успехом в плане туризма, — это очень большой шаг, чтобы становиться лучше.

Отказ от путешествий я не считаю какой-то минимизацией рисков. У нас у самих заболевших много. И бояться ехать в другую страну, где их откровенно меньше, — странно. Хотя бы потому, что это ограничение себя. Шансы заразиться везде примерно одинаковые. А вот смена обстановки, даже небольшая, помогает увидеть, что все не так плохо.

Мы с подругами пару месяцев назад летали в Краснодар и получили колоссальное удовольствие от поездки. Всего за два-три дня, которые мы там были, абсолютно перезагрузились и, вернувшись, смотрели на все происходящее другими глазами. Доказано, что путешествия, даже если это небольшой выезд на выходные, вызывают эндорфины. А ведь это то, чего нам всем так не хватало на карантине.

Те, кто путешествует, прекрасно осознают риски и понимают, что не хотят просто сидеть дома и ждать, пока пандемия закончится. Это всего лишь желание жить обычной жизнью. Есть и те, кто переболел и кому уже ничего не страшно. Другие, к примеру, боятся заболеть в странах третьего мира — понятное дело, что медицина там совсем другая. Есть и те, кто думает, что их потом не выпустят обратно. Страхи у всех свои, их много.

Главное понимать, что на самом деле никто никого нигде не закрыл. Да, что-то может пойти не так, но сейчас по-прежнему нет таких проблем, с которыми нельзя справиться в путешествиях.

Не могу представить, как это будет, когда полностью откроются границы. Прогнозы неопределенные. Лично я думаю, что мир нескоро вернется в ту кондицию, в которой был. Долго будут еще маски, разговоры про вакцины, закрытые места и города. В любом случае теперь при каждой поездке нас будет сопровождать страх: а вдруг снова все закроется? Единственное, что можно советовать в такой ситуации — пытаться переступить через этот страх. И даже если что-то происходит не по плану — расслабиться и получать удовольствие от того, что есть.

Дома сидеть — это прекрасно, но только один месяц в году. В остальные хочется иметь возможность выехать. А когда тебя насильно засаживают дома — это начинает надоедать. Нужно разнообразие, хочется то посидеть, то поездить, то посидеть, то поездить. А когда нельзя, хочется еще больше — это как запретный плод. Вот, границы закрылись — черт возьми, так сильно я еще не хотела за рубеж!

Сначала я очень сильно расстроилась — сорвалась куча планов. Была запланировала поездка во Вьетнам в конце марта, я начинала планировать тур в Шотландию на август. А тут сказали — локдаун. Я была в ужасе: раньше стабильно куда-то выезжала каждый месяц. Потом прошла волна смирения: окей, нас закрыли, ладно. Вспомнила, что было очень много планов на путешествия по России — я всегда их благополучно откладывала, потому что по ценнику всегда примерно одинаково с Европой и, как следствие, было слишком много других альтернатив.

В общем, пандемия помогла взяться за то, за что я бы просто так не взялась — осуществить долгосрочные планы здесь и сейчас. Ну, или взялась бы, но когда-нибудь потом. У меня как будто сработал движок на carpe diem — я теперь вообще соглашаюсь практически на каждую движуху. Раньше редко хотелось что-то делать.

И это совсем не бегство, а желание словить момент, попытка успеть, пока нас снова не закрыли. Все время же твердишь себе: я сделаю это потом, через год, запланирую или вообще не буду планировать. А тут ты не знаешь, что будет послезавтра, — запрут или не запрут, — и поэтому ты завтра гораздо быстрее согласишься на что-то. Включаешься в любой движ и едешь куда угодно. Люди стали более легкими на подъем и перестали планировать.

Россия обалдеть как замещает заграницу. Плюс, видимо, большой спрос, конкуренция появилась, и цены снизились. Очень много людей открывают сейчас для себя направления, по которым точно бы никогда раньше не поехали — Камчатку, Сахалин, Арктику. Конечно, на сто процентов ни одна страна не заменит другую, но в условиях временного промежутка — мы почти год не были за границей — на год России с лихвой может хватить. Даже больше.

Когда мы двинули летом в Воронеж, был мандраж — еще держались некоторые ограничения, и казалось, что нас не пустят. Ехали на свой страх и риск. Абсурд. Понимаю, когда люди едут в другое государство и боятся, что застрянут там, а тут ты едешь просто по своей стране, и тебя терзают такие же мысли — это очень странно. Друзья рассказывали, как пробирались на закрытый Алтай из Новосибирска, чуть ли не через лес. Никто не знает, к чему все это приведет. Но тебе при этом не то чтобы страшно — скорее, интересно.

Мы — очень мобильное поколение, для нас перелететь 12 часов на самолете или слетать на выходные в Европу — пустяк. Нам ограничения даются сложнее, нас прямо заперли. Лично у меня самой периодически появляется желание срочно куда-то свалить. В этот момент я сажусь и трачу пару часов на то, чтобы посмотреть, куда сейчас можно поехать. Раньше буквально через две-три недели я была уже в самолете, могла и через неделю улететь, если была виза. А теперь…

У меня есть дикая тоска по Шотландии и Германии, это мои любимые страны. Надо мной даже Instagram издевается: напоминает, что в это время год назад я была там. Ощущение бесконечной тоски, когда ты очень чего-то хочешь, но у тебя этого быть не может. И ты соглашаешься на что-то другое — а что делать, грустить что ли, сидеть дома?

Мой ближайший самый главный план — поймать северное сияние в Мурманске. Пытаюсь эту мечту осуществить несколько месяцев, постоянно мониторю магнитные бури и прогнозы погоды. Еще среди желаний был зимний Байкал в феврале. Дальше загадывать я уже разучилась: кажется, это просто бесполезно в нынешней ситуации.

В гипотетическом идеальном мире, конечно, хотелось бы, чтобы резко открылись все границы, заработали визовые центры и визы штамповали каждому первому. Но все гораздо сложнее. Слышала кучу теорий заговора о том, что собираются всех массово вакцинировать и чипировать, но меня лично в прививке смущает только то, что нельзя будет пить 40 дней. А так… Чипируйте меня, делайте со мной все, что угодно, плевать вообще, я просто хочу улететь. Если после этого мне дадут разрешение улететь в Шотландию, по которой я скучаю, или в Германию, в которую я хочу до трясучки, — я готова. Хоть сейчас. Просто увезите меня куда-нибудь.

Источник: travel.rambler.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь